Форум » Фанфики, не обновлявшиеся более ДВУХ месяцев » После полуночи » Ответить

После полуночи

Fimerry: Автор: Fimerry Название: После полуночи Рейтинг: R Жанр: Angst, POV, AU Статус: в процессе Предупреждение: Осторожно, окрашено переживания! Всегда жду вас здесь

Ответов - 4

Fimerry: Предисловие. Я каждый день выхожу на улицу после полуночи: слушаю музыку в наушниках, а иногда тишину; иду за сигаретами, медленно, смотря под ноги. Я дышу глубоко, будто бы хочу запастись воздухом на неделю вперёд. Ночью думается проще и почему-то дышится легче. До ближайшего круглосуточного ларька чесать прилично, поэтому ночные прогулки стали обычным делом. Я совсем недавно начала курить. Может быть не втянулась ещё, но не чувствую ничего: ни кайфа, ни отвращения. Просто гоняю сигаретный дым «туда-сюда». Если бы спросили почему, вряд ли смогла бы ответить. Зачем придумывать оправдание, ведь никто не поинтересуется. Странно, в свои неполные восемнадцать осознавать, что в целом мире, таком большом и безумном, у тебя нет никого. Не больно, просто в голове не укладывается. Можно утешиться и тем, что таких, как я, миллионы, бродящих ночами по улице одиночек, неприкаянных, которые «с жиру бесятся», но от этого не легче. Та пустота, что окружает, медленно перекочёвывает в тебя, в самую сердцевину. И уже не различить от чего ты страдаешь, от дефицита снаружи или недостатка внутри. Я горько улыбаюсь, когда вспоминаю, как я боролась за свою свободу, как кричала «оставьте меня в покое!», и искренне верила, что хочу именно этого. Не знала я, во что выльется мне этот покой, но что теперь говорить об этом. Продавщица уныло глянула на меня и протянула заветную пачку сигарет. Наверное, она меня уже запомнила, если ей вообще есть до меня дело. Я, например, заметила, что она цвет волос поменяла. Ещё вчера они были огненно-рыжие, а сегодня приобрели какой-то непонятный коричневый оттенок. Мне надоели мои волосы, слишком безмятежный цвет, к тому же из меня никакая блондинка. Когда пришла домой, задёрнула наглухо шторы, так, на всякий случай, не люблю когда в комнате светло, а до утра осталось совсем мало. В темноте мне не так страшно. Я спокойно пью свой остывший зелёный чай без сахара, а утром засыпаю, чтобы проснуться только под вечер от чувства усталости и затёкших, в тесных джинсах, ног.

Fimerry: Глава 1. Человек из дома напротив. Январь 2009 г. Ноги продрогли в кроссовках не по сезону, я то и дело скользила по утоптанному за долгий день людьми снегу. Невероятная тишина вокруг, ощущение, что слышу, как хлопают мои ресницы. При каждом шаге позвякивают ключи, лежащие в левом кармане моей куртки. Мне нравится улица, на которой я живу. Не приелась ещё. Здесь есть детская площадка, но не новая: краска на качелях кое-где облупилась, да и видно сразу, что незатейливые конструкции для детишек были смастерены ещё в советский период. Странно, что сегодня качели не пустовали. Я не успела, как следует, разглядеть этого человека. Упала. Почувствовала голыми пальцами снег. Чертыхнувшись про себя, быстро поднялась и, не отряхиваясь, поплелась к своему подъезду. - Эй, блондинка! Стой! – мужчина подорвался с качелей. Я остановилась. Логичнее было бы бежать со всех ног домой и закрыться на замок. Может быть, я не зря блондинка? - Это Вы мне? – чуть севшим от холода голосом спросила я. - Да тебе, тебе, - мужчина уже стоял в двух шагах от меня, - не страшно ночью по улицам ходить? - А Вам? - Мне не страшно, я же не маленькая девочка, - он улыбнулся как-то снисходительно. - Я тоже. Обычный мужик какой-то. Приятный даже, когда улыбается. Не маньяк. Какого чёрта тогда ему нужно? - Ты всегда по ночам гуляешь. Я за тобой давно слежу, - сказал так, будто я не в курсе своих же ночных прогулок, смешно, ей-богу. - Следите? Простите, для чего? - Ну не то что бы слежу, так, наблюдаю. Случайно получается, - он опустил взгляд на свои ботинки, а руки засунул в карманы джинсов, - может, в гости позовёшь? - Зачем? – у меня непроизвольно округлились глаза и по-моему, я даже заикаться начала. Он посмотрел на меня пристально и серьёзно: - Ты же не маленькая девочка, должна знать зачем. Я выпала в осадок. Он ненормальный. Точно, псих. А обо мне напишут в газетах, как об очередной его жертве. И опять же. Я не пустилась бежать. - Да ладно тебе, малая. Пошутил я. А чайку попить можно было бы. Всё лучше, чем здесь лясы точить. Ну, так что? К тебе или ко мне? Я замолчала, но только на минуту и со всей смелостью, на которую хватило сил, ответила: - Ко мне. - Вот, другое дело, - его глаза загорелись такой искренней радостью, как загораются у человека, встретившего спустя пару лет своего школьного товарища, - а то холод такой, – продолжал он, уже направляясь в сторону моего подъезда. продолжение следует... Не хватило запалу дописать главу до конца, пришлось разделить на две части. Но я всё равно жду и надеюсь увидеть вас в темке с комментариями и всё там обсудить. Заходите.

Fimerry: продолжение... Он сидел на табурете, опёршись локтями о кухонный стол, и разглядывал мои пустые стены. - Я живу здесь недавно, - решила я пояснить, хотя он ничего и не спрашивал. - Одна? - Да. По-моему это очевидно, иначе я не стала бы приводить в дом посторонних, тем более, ночью, - я, наверное, перестаралась с тоном - вышло как-то сухо, даже грубовато для ни к чему не обязывающей беседы. - Это хорошо, - мечтательно закатил глаза. - Почему? - Можно не волноваться о том, что придётся сидеть в шкафу, когда вернётся из командировки твой муж. Я улыбнулась. Вспомнила один анекдот: «Два друга выпивают: - У меня жена – шл*ха. Другой: - Почему? - Представляешь, еду из отпуска, телеграмму выслал. Приезжаю, а она с любовником. Через некоторое время он очень задумчиво добавляет: - А может, и не шл*ха. Может, просто телеграмму не получила.» А ведь правда, существует уйма анекдотов про жен, которые прячут любовников от, внезапно вернувшихся из командировки, мужей. Неужели и в жизни есть такие женщины? Я бы так никогда не поступила. Хотя бы потому, что мужа у меня нет. - Какой Вам чай? Чёрный? Зелёный? – я достала из шкафчика две большие чашки. - Всё равно, - а потом, спохватившись, добавил, - а кофе у тебя есть? -Есть. - Тогда мне, пожалуй, кофе. Пока я заливала кипятком тёмно-коричневый порошок, гордо именуемый растворимым кофе, он не сводил с меня глаз, я судорожно пыталась вспомнить, не та ли на мне кофта, которая на спине порвана, и одновременно не пролить на руки кипящую воду. Я поставила перед ним чашку и сахарницу, села на табурет. - Чего Вы смотрите? Он потянулся, сложил руки на груди и словно невзначай: - Ты мне нравишься. А остальные не знаю, почему смотрят. Может покурим, пока кофе стынет? – он покосился на лежащую на столе пачку. – На брудершафт. Я уже было потянулась за сигаретой, как моя рука замерла на полпути: - Как это? - Просто, - он подкурил сигарету и протянул мне зажигалку, предлагая сделать то же самое, а когда я подожгла свою, пододвинулся ближе. Я бы предпочла выпить на брудершафт эту чёртову чашку горячего кофе и обжечь себе горло. С первой затяжкой у меня затряслись руки, теперь я могла в полной мере ощутить вкус сигаретного дыма – терпкий и горьковатый, но невыносимо вкусный. Такое курение требовало сноровки: приходилось подстраиваться друг под друга. Я не обращала внимания на то, что пепел падает прямо на пол, в то время как он стряхивал его в, стоящее на столе, блюдце. Он ждал, когда я сделаю очередную затяжку, смотрел внимательно, но ничего не говорил. Я чувствовала себя не в своей тарелке, ведь он выкурил свою сигарету первым. Последние три затяжки стали для меня пыткой, казалось, я сейчас задохнусь от дыма – он стал особенным, не таким как всегда, от него кружилась голова. - Теперь нужно целоваться, - он сказал тихо, но не шепотом. Шепот только для близких людей. Во рту вязало, как от недозревшей хурмы, хотелось говорить, но мозг отказывался подавать команды. Я повернула голову, из-за чего губы рядом сидящего угодили не туда – в уголок рта. Это был лучший поцелуй в моей жизни. Я вас жду туточки


Fimerry: Знали бы вы, как тяжко процесс написания идёт! Короче, слушаем песню здесь. Глава 2. Безопасный секс. Поцелуй, как история. И неважно, длился он долю секунды или целую вечность. Я выглянула в окно – снег падает крупными хлопьями. Я люблю снег, мне кажется, что вместе с ним кто-то сверху сыплет на людей счастье. Как же хочется, чтобы этот снег стал предзнаменованием чего-то нового. Хочется до мурашек, до головокружения, так, что сердце сбивается с заданного ритма, ударяясь об желудок. Хочется обнять весь мир. Хочется быть счастливой. Как все. Я вышла из дома ровно в двенадцать, а он уже стоял около подъезда, переминаясь с ноги на ногу. - Привет. - Привет. И всё. Не то что бы поговорить не о чем было… Было кое-что, о чём хотелось спросить. Имя. Я не знаю, как его зовут. И мне стыдно спрашивать это у человека, при мысли о котором сердце грохочет, как ненормальное. Кажется, я успела влюбиться раньше, чем следовало. Он огляделся по сторонам, словно убеждаясь в том, что за нами никто не наблюдает. - Это, наверное, странно… Вчера я не спросил, как тебя зовут. - Я тоже, - поспешно ответила я, давая понять, что не обижена и у меня нет никаких претензий по этому поводу. - Виктор. - Лена, - произнесла я на выдохе, пожимая протянутую ладонь. - Может, ну её, эту улицу? Пошли чай пить? – он по-доброму усмехнулся. - К тебе или ко мне? - во мне проснулся азарт. Я пыталась предугадать каждое его слово, каждую реакцию на мои слова. И не ошиблась, он улыбнулся ещё шире: - Ко мне. Его квартира была, пожалуй, слишком уютной для квартиры одинокого мужчины. Никакой паутины в углах и покрывшегося плесенью мусорного ведра. Чисто. На подоконнике живые цветы, на столе белоснежные тряпичные салфетки. - Ты живёшь один? – с сомнением поинтересовалась я. - Да. А это всё, - он поднял одну салфетку со стола, - сестра в гости приезжала. Я подавила ухмылку. Как же, сестра. - Сестра говоришь? А симпатичного брата у тебя случайно нет? – невинно похлопала ресницами. - Я за него, - засмеялся Виктор, - чай будем пить или как? - Или как, - я встала напротив него. - Спиртное? Наркотики? Секс? - Секс. - Лен. Нужно было видеть его глаза. Я кожей почувствовала, как он меня отчитывает. Смотрит не осуждающе, но говорит «не надо». Он знает, что я не такая, какой пытаюсь сейчас показаться. Понятия не имею откуда, но знает. - Что? Опять смотрит. Уже по-другому. С ним я не боюсь в эти игры играть. Знаю, что ничего не будет – от этого и столько норова. - Ты пила? Как ушат ледяной воды на голову. Игривое настроение моментально улетучилось. Боже, я идиотка. - Да пошёл ты! - нет, я не ушла, хлопнув дверью, а плюхнулась на мягкий диванчик. - Лен, ну ты чего? Ты пошутила – я пошутил, - Виктор потрепал мои волосы. Меня взбесило, нет, скорее возмутило, он это сделал так, как делает учитель физкультуры, когда лучший игрок школьной команды по баскетболу забивает финальный мяч.* Он долго заваривал чай. Делал это монотонными, отточенными движениями. Целая чайная церемония. Я нервно постукивала пальцами по столешнице - мне впервые хотелось курить. - Сигареты на полке справа от тебя, - не поворачивая головы, сказал он, всё ещё возясь с чаем. - Я не хочу. - Правильно - курить вредно, особенно девушкам, - он направился к столу с двумя ярко-оранжевыми чашками. Я обхватила свою чашку руками, чтобы согреться: - Ещё скажи, что мне детей рожать. - И скажу. Тебе детей рожать. - Не, я за безопасный секс, - я отхлебнула горячего чая, чтобы не засмеяться. - Ты хочешь поговорить о сексе? – он с улыбкой приподнял бровь. - Об этом говорить не нужно – этим нужно заниматься, - меня душил смех, даже чай стал поперёк горла, и я закашлялась, - о любви можно. Я не скажу, что он мне ответил. Важно, что в этот день я поняла, что те, кто говорят о любви, любовью не занимаются. * - это я прикольнуться решила Заходите!!! Вы мне нужны



полная версия страницы